Искусственный интеллект: обогнать, не догоняя

Искусственный интеллект может заменить и дополнить естественный в очень многих приложениях. Но в российских условиях придется выбирать узкие направления его развития.

Мониторинг СМИ ноябрь 2018_001Мероприятия «Недели высоких технологий — 2019», которая состоится в России в четвертый раз, начались уже в 2018 году. И первое из них – форум «Искусственный интеллект, большие данные, отечественный софт: национальная стратегия цифрового развития», организованный Минкомсвязи и Комитетом по образованию и науке Государственной Думы РФ.

В числе основных направлений программы «Цифровая экономика РФ», подчеркнул заместитель министра Минкомсвязи Алексей Соколов, есть направление сквозных технологий, предусматривающее создание компетенций в области искусственного интеллекта и работы с большими массивами данных для их внедрения в сфере государственного управления и в различных секторах экономики.

В мировом масштабе технологии искусственного интеллекта уже не первый год находятся в сфере государственного внимания. Еще в 2017 году в Китае был принят план развития технологий искусственного интеллекта, в котором была поставлена цель к 2030 г. стать глобальным лидером. И, судя по финансированию ($7,5 млрд в 2017 г.), она вполне достижима. Как рассказал заместитель генерального директора АНО «Цифровая экономика» Сергей Наквасин, в Китае уже создан специализированный университет по вопросам искусственного интеллекта, начат эксперимент по обучению основам искусственного интеллекта в школах, сделаны определенные шаги по привлечению крупного бизнеса к участию в соответствующих проектах. Китай пошел в наступление широким фронтом, там взялись за такие прикладные задачи, как разработка интеллектуальных беспилотных транспортных средств и летательных аппаратов, роботов, способных к самостоятельной деятельности в различных сферах, интеллектуальных медицинских систем диагностики заболеваний, систем идентификации видеоизображений с дополнительными характеристиками, интеллектуальных систем для распознавания речи и синхронного перевода, различных решений для «умного дома» и т.д.

Затраты США на НИОКР в области искусственного интеллекта несколько скромнее – $5,5 млрд в год. Евросоюз в апреле 2018 г. принял стратегию по искусственному интеллекту с финансированием в размере 1,5 млрд евро до 2020 г. Вообще же, национальные стратегии развития искусственного интеллекта есть в 20 странах мира. У России же такой стратегии пока нет, ее разработка планируется только в 2019 г., и место нашей страны в этой гонке за искусственным интеллектом пока более чем скромное.

В апреле 2018 г. в рамках программы «Цифровая экономика» прошли конкурсы по выбору центров национальной технологической инициативы по искусственному интеллекту, ими стали наши известные университеты – МФТИ и ИТМО. Но реально эти центры начали работать летом текущего года, так что каких-то результатов стоит ожидать не раньше года следующего.

По словам директора Научно-координационного совета Центра науки и технологий искусственного интеллекта (ЦНТИ) МФТИ Сергея Шумского, искусственный интеллект является ключевой технологией новой экономики и это понимают страны-лидеры, о чем свидетельствует рост затрат на разработку соответствующих технологий в США и Китае – 50–75% в год при весьма внушительной стартовой базе в миллиарды долларов. По ресурсам Россия сильно отстает от лидеров, поэтому ее стратегия в области развития искусственного интеллекта должна строиться на концентрации сил на нескольких ключевых направлениях, которые еще никем не охвачены и где у нас есть определенные заделы. Т.е. задача формулируется так: обогнать, не догоняя.

Для этого ЦНТИ намерен стать главным российским центром компетенций в области искусственного интеллекта, в котором будет работать центр внедрений технологий искусственного интеллекта, учитывающий лучшие мировые практики в этой области. Уже есть несколько внедренческих проектов с рядом российских промышленных партнеров. Причем эти проекты предусматривают внедрение уже апробированных технологий, т.е. рискованными для бизнеса не являются. Что же касается реально прорывных технологий для решения проблем мирового уровня, то для них необходимо государственное финансирование, потому что такие проекты считаются рискованными по определению. Но именно на этих проектах Россия может выдвинуться в лидеры в отдельных, повторимся, направлениях искусственного интеллекта. И именно на таких проектах можно готовить кадры мирового уровня, что также входит в программу «Цифровая экономика».

По словам С. Шумского, пока выбрано два прорывных проекта. Первый предусматривает разработку операционной системы для роботов, т.е. создание искусственной психики роботов и соответствующих программных агентов. Это позволит обучать роботов целесообразному поведению и научить их не только решать задачи, поставленные человеком, но и самим ставить задачи. Второй проект – это разработка экспертного интеллекта, т.е. передовых методов диалога на естественном языке с большими базами знаний. В качестве примера был приведен «медицинский эксперт», способный прочитать всю имеющуюся в мире медицинскую литературу, объединить и обобщить знания, содержащиеся в тысячах статей, и помочь живому врачу решить проблему конкретного пациента. По мнению С. Наквасина, еще одним проектом может стать разработка высокопроизводительных и энергоэффективных чипов для искусственного интеллекта. Но, в принципе, этот список открыт и ЦНТИ готов обсуждать перспективные разработки со всеми заинтересованными участниками.

Впрочем, массово применяемых приложений искусственного интеллекта тоже уже немало. Как недавно заявил председатель правления Сбербанка Герман Греф, технологии искусственного интеллекта позволили сократить 70% менеджеров среднего звена. Правда, они не пополнили ряды безработных, а были переведены в другие подразделения банка, где сейчас занимаются, наверное, более интеллектуальной работой. По словам выступавшего на форуме первого зампредседателя правления Сбербанка Александра Ведяхина, у банка не было выбора – искусственный интеллект «выбрали» клиенты, которые хотят получить персонализированные сервисы моментально и дешево, лучше всего бесплатно, а обеспечить такие сервисы с минимальными затратами банк может только с помощью искусственного интеллекта. Поэтому он уже применяется при обработке заявок на кредиты, а работе с программами искусственного интеллекта обучено 30 тыс. менеджеров среднего звена (наверное, из тех 30%, что сохранили свои рабочие места). А пока Сбербанк мечтает о «демократизации» данных. В данном случае слово «демократизация» подразумевает снятие ограничений на сбор и использование персональных и других данных наших сограждан, о чем Сбербанк «ведет постоянную дискуссию с правительством», мотивируя это тем, что без «демократизации» развитие искусственного интеллекта будет идти очень медленно.

А вот о том, что это развитие идет не очень легко и в работе искусственного интеллекта случаются всякие ляпы, свидетельствуют разные анекдотичные случаи. Так, на днях в уже упомянутом Китае система распознавания лиц, использующая искусственный интеллект, выписала штраф за переход улицы на красный сигнал светофора некой гражданке, которая на самом деле находилась в это время довольно далеко от места происшествия. Просто искусственный интеллект «узнал» ее по фотографии на рекламном плакате, приклеенном к автобусу. Еще более свежие случаи – блокировка карт клиентов нескольких российских банков (в том числе «Сбера») за «подозрительные» переводы в размере 1000 руб. – тоже наводят на мысль о возможных происках «брата по разуму». В общем, и зарубежным, и российским разработчикам приложений искусственного интеллекта нужно как следует продумывать «защиту от дурака».

Е. Волынкина

 

Рубрики и ключевые слова